Энциклопедия русской живописи

Федотов Павел Андреевич

Высокоталантливый художник, родоначальник критического реализма в русской живописи Павел Андреевич Федотов родился 22 июня 1815 г. в Москве, в большой семье очень бедного чиновника, отставного воина Екатерининских времен. Его детство прошло в бедности и постоянной нужде. С ранних лет он предавался созерцанию. Ему был хорошо знаком быт московских жителей, он наблюдал за соседними дворами и улицами, “все сцены на них происходившие, оказывались перед глазами наблюдателя, как на блюдечке”. Первые детские впечатления сыграли большую роль в творческой практике художника, помогли осуществить многие его замыслы. Федотов писал впоследствии: “Запас наблюдений, сделанных мною при самом начале моей жизни, составляет... основной фонд моего дарования”.

В одиннадцать лет, в 1826 году, не получив почти никакой научной подготовки, Федотов был определен в воспитанники 1-го Московского кадетского корпуса, в котором отличился своими блестящими способностями, успешностью в учении и образцовым поведением. Он превзошел всех своих товарищей и обратил на себя внимание начальства. Тогда же проявились художественные наклонности мальчика. Потянулись годы однообразного и утомительного учения (1834 — 1844). Живопись по-прежнему остается главным увлечением, и каждую свободную минуту он посвящает рисованию. Первыми его опытами были классные рисунки, портреты друзей и карикатуры, разного рода чертежи, которыми он испещрял свои учебные тетради.. Темами его рисунков и акварелей становятся сцены бессмысленной и изнурительной муштры, полковые учения и лагерная служба.

В 1830 г. он стал унтер-офицером, в 1833 г. произведен в фельдфебели и в 1833 г. окончил курс первым учеником. Его имя, по заведенному обычаю, внесено на почетную мраморную доску в актовом зале корпуса. Выпущенный прапорщиком в лейб-гвардии Финляндский полк, Федотов переселился в Санкт-Петербург. Жизнь в полку была трудной, а здоровье — слабым. Но, несмотря на строгие требования тогдашней фронтовой и казарменной службы, он находил время для своего любимого занятия — рисования. Года через три-четыре службы в полку молодой офицер начал посещать вечерние рисовальные классы Академии художеств. Федотов изучал формы человеческого тела и тренировал свою руку, пытаясь ее сделать более свободной и послушной. В свободные от службы часы, он рисовал придуманные им жанровые сцены и подмеченных на улице типов, писал портреты своих сослуживцев и знакомых карандашом и акварельными красками. Эти портреты всегда бывали очень похожими. Особенно удались Федотову черты лица и фигура великого князя Михаила Павловича, изображения которого, выходившие из-под кисти художника, охотно покупались продавцами картин и эстампов.

Летом 1837 г. великий князь, возвратившись в Петербург из поездки за границу для леченья, посетил Красносельский лагерь, где обожавшие его гвардейцы встретили его шумной овацией. Пораженный этой живописной сценой Федотов начал работу и всего за три месяца закончил большую акварельную картину “Встреча великого князя”, в которой, кроме портрета его высочества, помещены портреты многих из участников торжества. Картина была представлена великому князю, который пожаловал за нее художнику бриллиантовый перстень. Этою наградой, по словам Федотова, “окончательно припечаталось в его душе артистическое самолюбие”. Вслед за этим он принялся за другую картину, “Освящение знамен в Зимнем Дворце, обновленном после пожара”. Испытывая большую нужду, художник решился представить эту еще неоконченную картину великому князю, который показал ее своему августейшему брату. Результатом стало высочайшее повеление: “предоставить рисующему офицеру добровольное право оставить службу и посвятить себя живописи с содержанием по 100 рублей ассигнациями в месяц”.

Федотов хотел заняться батальной живописью, в которой уже успешно пробовал свои силы и которая в Николаевскую эпоху сулила почет и материальное обеспечение. Отказывая себе в малейшем комфорте и терпя подчас голод и холод, художник поселился в бедной квартире в одной из дальних линий Васильевского острова. Он стал еще усерднее прежнего заниматься рисованием и писанием этюдов с натуры как дома, так и в академических классах. Чтобы расширить круг своих батальных сюжетов, художник стал изучать скелет и мускулатуру лошади под руководством профессора А. Заурвейда. По отзыву его друзей, из произведений, задуманных тогда Федотовым, но оставшихся только в эскизах, замечательнейшими были “Французские мародеры в русской деревне, в 1812 г.”, “Переход егерей вброд через реку на маневрах”, “Вечерние увеселения в казармах по случаю полкового праздника” и несколько композиций на тему “Казарменная жизнь”, сочиненных под влиянием Гогарта.

Однако живопись военных сцен не была истинным призванием художника. Ему были присущи: остроумие, тонкая наблюдательность, умение подмечать типичные черты людей разных сословий, знание обстановки их жизни, способность схватывать характер человека. Рисунки Федотова являются своеобразным дневником художника. Убедительность и простота композиционного решения отличают рисунок “Набережная Васильевского острова зимой”. Сатирическая острота в рисунках: “Квартальный чиновник”, “Начальник и подчиненные”, “Озябшие и продрогшие”, “Как люди садятся” и другие. От альбомов разрозненных набросков и рисунков Федотов перешел к созданию крупных произведений. Так родилась серия “Нравственно-критических сцен из обыденной жизни” (1840-е гг.), которая была исполнена в технике сепии: “Болезнь и смерть Фидельки”, “Житие на чужой счет”, “Крестины”, “Модный магазин”, “Мышеловка”, “Первое утро обманутого молодого”, “Старость художника, женившегося без приданого в надежде на свой талант”. Эта серия по разнообразию тем, по широте охвата действительности, по остроте критической мысли и мастерству исполнения считается одной из самых значительных в творческом развитии художника. Работая над сепиями, художник обогатил свой жизненный и творческий опыт, накопил материал для создания новых произведений.

Особенности художественного таланта, ярко выраженные в рисунках Федотова, указывали на то, что ему следует быть не баталистом, а жанристом. Но художник не осознавал этого и рисовал бытовые сцены для собственного развлечения и для, того, чтобы позабавить приятелей.

Так продолжалось до тех пор, пока письмо известного баснописца И. А. Крылова, пораженного талантом молодого офицера, не открыло ему глаза. Гениальный старец, видевший некоторые из работ Федотова, убеждал его бросить военную службу, бросить “солдатиков и лошадок” и “отдаться своему настоящему призванию — изображению народного быта”. Федотов и раньше думал об отставке, но после слов Крылова, эта идея не давала покоя. Решившись на отказ от военной карьеры, от обеспеченного положения, он обрекал себя на полуголодное существование. Он совершал рискованный шаг, для которого требовались большое мужество и уверенность в себе.

Федотов долго раздумывал, воспользоваться ли ему царской милостью или нет, но наконец подал прошение об отставке и в 1844 г. был уволен с чином капитана и правом носить военный мундир. Расставшись с эполетами, он очутился в тяжелых жизненных условиях — в еще худших, чем те, при которых ему, сыну небогатых родителей, приходилось существовать, служа в гвардии. Федотов поставил на карту свою судьбу и судьбу своих близких. На скудную пенсию, пожалованную государем, надо было содержать самого себя, помогать отцовскому семейству, впавшему в большую нужду, нанимать натурщиков, приобретать материалы и пособия для художественных работ; но любовь к искусству поддерживала в Федотове бодрость и помогала ему бороться с трудными обстоятельствами и настойчиво идти к намеченной цели — сделаться настоящим художником.

Федотов заперся в своей мастерской, удвоил свой труд по изучению приемов живописи масляными красками и, овладев ими в достаточной степени, к весне 1846 г. написал по имевшимся уже в его альбоме наброскам две картины: “Свежий кавалер”, или “Утро чиновника, получившего первый крест”. В этой картине художник отразил явления, характерные николаевской России. Знаменитый русский критик В. В. Стасов писал о персонаже картины: “Он свиреп и безжалостен, он утопит кого и что захочет, и ни одна складочка на его лице не дрогнет. Злость, чванство, вконец опошлившаяся жизнь — все это присутствует в этом лице, в этой позе и фигуре закоренелого чиновника в халате и босиком, в папильотках и с орденом на груди”.

В 1847 году Федотов пишет картину на сюжет басни Крылова “Разборчивая невеста”, в которой ярко проявилось живописное мастерство Федотова, оттачиваемое годами. На этой картине, как наяву, мы видим и блеск красного дерева и мерцающее золото рам, переливы шелка на плате невесты и мягкий ворс ковров, к которому хочется прикоснуться. Художник с беспощадной сатирой изображает характеры персонажей: жеманную старую деву, ее жениха-горбуна и осчастливленных родителей.

Композиция в картинах Федотова становится наиболее выразительной, выявляя основной смысл, концентрируясь на главных персонажах. В картине “Завтрак аристократа” (1849) художник раскрывает ничтожество светского хлыща, промотавшего состояние. Отношение художника к персонажу мы видим по тому, как он изобразил напряженную неуклюжую позу аристократа, пытающегося торопливо спрятать кусок хлеба от нежданного гостя.

Федотов решает отдать свои работы на суд всесильному тогда в Академии художеств К. П. Брюллову, слава о котором разнеслась по всей Европе. Внимательно ознакомившись с рисунками Федотова, Брюллов пришел в восхищение и благословил молодого художника, сказав ему на прощание: “Поздравляю вас, Вы меня обогнали”. “Попытайтесь, пожалуй, чего не может твердая воля, постоянство и труд”. Эти напутственные слова не прошли бесследно: после этого с удвоенной энергией принимается Федотов за работу, стараясь сделать намного больше.

Благодаря К. Брюллову, а еще больше своим достоинствам, работы Федотова доставили ему от Академии звание кандидата в академики и позволение обратить в программу на академика уже начатую им картину “Сватовство майора” (1848)и денежное пособие для ее исполнения. Эта картина, повествующая о жизни, обычаях и нравах купеческой семьи, принесла Федотову славу и известность.. Житейский, ничем не примечательный эпизод из жизни купечества — женитьба бедного майора на богатой купеческой дочери — приобретает в этой картине обобщающее значение. Федотов своим произведением как бы объявляет приговор уродливым явлениям быта, которые были привычны в николаевской России. В. В. Стасов писал: “Это была снова трагедия, грозно выглядывавшая из-за веселой и потешной наружной ширмы”. В этой картине в полном объеме проявился талант Федотова. Композиция картины естественна и проста, фигуры персонажей тесно связаны друг с другом, очень выразителен язык жестов.

Картина эта была готова к академической выставке 1849 г., на которой была экспонирована вместе со “Свежим кавалером” и “Разборчивой невестой”. Выставку посетило огромное количество людей, толпы зрителей толкались перед этими произведениями; всем хотелось вдоволь налюбоваться произведениями художника, посвященными реальной жизни, полными мысли и здорового юмора и невиданными еще в русской живописи. Публика была в восторге от творчества Федотова, его имя стало известно всей столице, а за тем и по всей России. Совет Академии единогласно признал художника академиком, в кругу художников на нового академика стали смотреть как на честь и гордость русской школы; газеты и журналы затрубили ему восторженную хвалу; повсюду, от аристократической гостиной и до каморки рыночного торговца, говорили о работах молодого жанриста. Популярности Федотова способствовало и то обстоятельство, что почти одновременно со “Сватовством майора” стало известно стихотворное объяснение этой картины, сочиненное самим художником и распространившееся в рукописных копиях. Федотов с юных лет любил упражняться в поэзии, большинство художественных идей, выраженных его карандашом или кистью, потом выливались под его пером в рифмованные строки, и наоборот, та или другая тема, сначала давшая художнику содержание для стихотворения, впоследствии делалась сюжетом его рисунка или картины. Федотов сочинял басни, элегии, альбомные пьесы, солдатские песни (будучи офицером), сочинял романсы и перекладывал их на музыку. Художник не придавал большого значения своим стихам и не отдавал их в печать, позволяя их списывать только приятелям и близким знакомым. И те, и другие считали объяснение к “Сватовству майора” самым удачным произведением Федотовской поэзии и охотно рассказывали его всем и каждому.

Академическая выставка 1849 г. доставила Федотову не только славу и почет, но и улучшение материальных средств: в дополнение к пенсии, получаемой из государственного казначейства, велено было отпускать ему по 300 рублей в год из суммы, ассигнуемой Кабинетом Его Величества на поощрение достойных художников. Это было очень важно для Федотова, так как материальное положение его родных в это время ухудшилось и он должен был усилить свою помощь.

По окончании выставки художник отправился в Москву, чтобы повидаться с родными и устроить дела отца. Москвичи встретили земляка с распростертыми объятиями. Из его картин, красовавшихся на петербургской выставке, и из нескольких рисунков сепией была устроена выставка, которая привела московскую публику в такой же, если еще не в больший восторг, как и петербургскую.

Федотов вернулся из Москвы довольным, здоровым, полным радужных надежд и снова стал усиленно работать. До этого его творчество было направлено на обличению пошлых и темных сторон русской жизни, теперь он хотел внести в свое творчество новый элемент — истолкование явлений светлых и отрадных. В 1851 — 52 гг. написал картину “Вдовушка”, на возникновение замысла которой повлияла судьба овдовевшей сестры Федотова, оставшейся после смерти мужа с двумя маленькими детьми. В этой картине художник с большим сочувствием рассказал о горькой судьбе одинокой привлекательной женщины, потерявшей любимого мужа и ожидающей ребенка. Почти одновременно с “Вдовушкой” Федотов написал: “Анкор, еще анкор!” (1850 — 1851) и “Игроки” (1852). Затем принялся за композицию “Возвращение институтки в родительский дом”, вскоре им брошенную и замененную другим сюжетом: “Приезд государя в патриотический институт”, оставшимся также разработанным только наполовину. Живописная манера художника становится более темпераментной, более активная роль отдается цветовой гамме, которая, в картине “Анкор, еще анкор!”, например, продиктована характером замысла. Холодное ярко-синее небо в окне в сочетании с красно-коричневыми тонами интерьера создает напряженную тревожную атмосферу. Эта картина считается вершиной творческого развития художника и признана одним из шедевров русской реалистической живописи XIX века.

Благодаря Федотову, его критическому отношению к действительности жанровая живопись поднялась до уровня искусства большой социальной значимости. К концу 40-х годов Федотов стал зрелым мастером, имевшим свое творческое лицо. В последние годы жизни Федотов пишет портретов, лучшим из которых является портрет Н. П. Жданович (1849). Посыпались заказы, замыслы будущих картин возникали у него один за другим, возник замысел издать альбом нравственно-критических сцен, но радость была недолгой и не всем замыслам художника было суждено осуществиться.

Наступил самый тяжелый период в жизни художника. В конце 40-х годов Россию охватила реакция. Французская революция 1848 года, волна демократического движения в России, дело петрашевцев повлияли на судьбу Федотова, который был связан с последними и его имя фигурировало в процессе над ними. Это было мрачное время николаевского произвола и цензурного террора. Любое проявление критической мысли преследовалось. “Многому бы народ научил, да цензура мешает” — писал художник в те годы. Был закрыт журнал “Современник”, в котором сотрудничал и Федотов, не увидели свет рисунки Федотова из “Нравственно-критической серии”, были запрещены литографии с его картин, все заказы были аннулированы. Художник оказался без средств к существованию, но он продолжал творить. Федотов все больше убеждался, что ему недостает серьезной подготовки для быстрой и свободной передачи своих идей. Он настойчиво трудился совершенствуя свою художественную технику. Но его пенсии и пособия было недостаточно, чтобы иметь кров и еду, покупать художественные материалы, нанимать натуру и высылать в Москву пособие родным, которые, несмотря на заботу о них художника, впали в полную нищету. Приходилось, отложив на неопределенный срок новые композиции, добывать деньги менее серьезными работами: дешевыми портретами и копированием своих произведений.

Все случившееся с художником не могло не отразиться на его здоровье, а последней каплей стала статья П. Леонтьева ““Эстетическое кое-что по поводу картин и эскизов господина Федотова”, которая была напечатана в “Московитянине”. В этой статье Леонтьев уничижительно отозвался о работах художника и высказал такую мысль, что творчеству Федотова нет места русском искусстве.

Постоянное физическое и умственное напряжение, неспокойное душевное состояние оказали разрушительное влияние на здоровье Федотова. Непрерывные занятия живописью, особенно в вечернее и ночное время привели к приливам крови к мозгу, частым головным болям, болезни глаз и к слабости зрения; художник состарился не по годам, веселость и общительность, присущие его характере сменились задумчивостью и молчаливостью. Наконец болезненное состояние Федотова перешло в полное умопомешательство. Друзья и академическое начальство поместили его в одну из частных петербургских лечебниц для душевнобольных, а государь пожаловал на его содержание 500 рублей, повелев приложить всевозможные усилия к его исцелению. Но улучшения не наступило. Осенью 1852 г. Федотова перевели в больницу Всех скорбящих, где он и умер 14 ноября того же года.

Во имя искусства Федотов отказался от военной карьеры, от богатства и семейного счастья, несмотря на трудности он работал всю жизнь не покладая рук. В творчестве Федотова существовали два направления, не представляющих, однако, резкого перехода от одного в другое. В работах, которые относятся к первому направлению и ограничиваются рисунками и эскизными набросками, чувствуется сильное влияние Гогарта. В них Федотов, еще плохо владея рисунком, не столько добивается точного воспроизведения действительности, сколько успевает рельефно выставить напоказ общечеловеческие слабости и недостатки и осмеивать пошлые или темные стороны современных ему русских нравов. Основная идея этих произведений подчеркивается побочными эпизодами, прибавляемыми к главной сцене. Художник не скупится на аксессуары, усиливающие восприятие сюжета; движения человеческих фигур хотя и характерны, но угловаты и утрированны; то же самое надо сказать и о лицах, тип и экспрессия которых переходят в гримасу. Словом, преобладающий элемент этих работ — карикатура. Но по мере того, как художник осваивался с приемами живописи, характер его произведений изменялся. Художник все сильнее и сильнее укреплялся в привычке работать с натуры, не навязывая ей форм и выражения, представлявшихся его фантазии, но подыскивая в реальном мире то, что соответствовало этим представлениям; нагроможденность композиции, уяснение ее посредством разных мелочей постепенно сменялись простотой и естественностью; самая идея, ложившаяся в основу композиции, становилась все более и более серьезной и близкой к жизни. Стремясь идти в этом направлении и преодолевая затруднения в технике. Федотов благодаря своему острому уму, редкой наблюдательности и упорному трудолюбию достиг блестящих результатов. Эти результаты могли бы быть гораздо крупнее, если бы судьба не была бы с ним так жестока, а его жизнь не прервалась бы так рано. Тем не менее, и сделанного им достаточно для того, чтобы его имя осталось навеки одним из самых славных имен в истории русского искусства. Он открыл новую, еще никем до него не изведанную в живописи тему национальности и сатиры, первый из всех художников показал пример удачной ее разработки и оставил ее в наследство талантливым потомкам. Не было бы Федотова — русская живопись, быть может, еще долго бы не обращалась к правдивому воспроизведению отечественного быта с его недостатками и светлыми сторонами. В. В. Стасов писал: “Федотов умер, произведя на свет едва лишь маленькую крупинку из того богатства, каким была одарена его натура. Но эта крупинка была чистое золото и принесла потом великие плоды”.


Федотов Павел Андреевич (Картины художника):

Fedotov Pavel Nadezhda Zhdanovich Sun - Федотов
Fedotov Pavel Nadezhda Zhdanovich Sun
 
«Свежий кавалер». Утро чиновника, получившего первый крестик. 1848. Холст, масло. 48х42 см - Федотов
«Свежий кавалер». Утро чиновника, получившего первый крестик. 1848. Холст, масло. 48х42 см
 
Автопортрет. Конец 1840-х гг.  - Федотов
Автопортрет. Конец 1840-х гг.
 
Бивуак лейб-гвардии гренадёрского полка. 1843г.  - Федотов
Бивуак лейб-гвардии гренадёрского полка. 1843г.
 
Вдовушка. Холст, масло. 58х44 см - Федотов
Вдовушка. Холст, масло. 58х44 см
 
Встреча в лагере лейб-гвардии Финляндского полка вел. Кн. Михаила Павловича 8 июля 1837...  - Федотов
Встреча в лагере лейб-гвардии Финляндского полка вел. Кн. Михаила Павловича 8 июля 1837...
 
Жирный подмалевок. 1848г. - Федотов
Жирный подмалевок. 1848г.
 
Завтрак аристократа. 1848. Холст, масло. 51х42 см - Федотов
Завтрак аристократа. 1848. Холст, масло. 51х42 см
 
Крестины. 1847г. - Федотов
Крестины. 1847г.
 
Офицер и денщик. 1850г.  - Федотов
Офицер и денщик. 1850г.
 
Портрет Александры Петровны Жданович. 1846-1847гг.  - Федотов
Портрет Александры Петровны Жданович. 1846-1847гг.
 
Портрет Анны Петровны Жданович 1848г.  - Федотов
Портрет Анны Петровны Жданович 1848г.
 
Портрет М.И.Крыловой. 1850г.  - Федотов
Портрет М.И.Крыловой. 1850г.
 
Портрет М.П.Дружининой. 1848г.  - Федотов
Портрет М.П.Дружининой. 1848г.
 
Портрет М.П.Ждановича. 1846-1847гг.  - Федотов
Портрет М.П.Ждановича. 1846-1847гг.
 
Портрет Н.П.Жданович в детстве. 1846г.  - Федотов
Портрет Н.П.Жданович в детстве. 1846г.
 
Портрет Н.П.Чернышевой.1846г.  - Федотов
Портрет Н.П.Чернышевой.1846г.
 
Портрет П.В.Ждановича. 1846г.  - Федотов
Портрет П.В.Ждановича. 1846г.
 
Портрет поручика П.Е.Львова. 1846г.  - Федотов
Портрет поручика П.Е.Львова. 1846г.
 
Портрет С.Д.Шишмарева на борту корабля. 1849г.  - Федотов
Портрет С.Д.Шишмарева на борту корабля. 1849г.
 
Портрет С.С.Крылова. 1851г.  - Федотов
Портрет С.С.Крылова. 1851г.
 
Разборчивая невеста 1847г.  - Федотов
Разборчивая невеста 1847г.
 
Сватовство майора. 1848. Холст, масло. 58х75 см - Федотов
Сватовство майора. 1848. Холст, масло. 58х75 см
 


   Полезная информация:
   



пошив толстовок на заказ. вышивка логотипа;трос для лебедки

© 2011. Oleg Grigoryev